Лех Маевский

Лех Маевский является режиссером театра, оперы и кино, сценаристом и продюсером, а также поэтом, прозаиком и художником. Он родился 30 августа в 1953 году в Катовице. Изначально Лех изучал графику в катовицком отделении краковской Академии художеств, а в 1973 году он поступил на режиссерский факультет Государственной высшей школы кино, телевидения и театра в Лодзи, в котором обучался на протяжении четырех лет.

Как талантливого режиссера Леха Маевского узнали в 1978 году первой частью («Благовещение») художественного фильма, который состоял из двух серий «Предвестие тишины». Первая его самостоятельная картина была снята в 1979 году, называется она «Рыцарь». Спустя год Лех уехал в Англию там, в 1982 году он поставил «Одиссею» Гомера. Затем благодаря его тесному общению с американским продюсером Майклом Хаусманом Лех попал в Голливуд. В Америке Лех Маевский дебютировал с фильмом, который назывался «Полет елового гуся», он был снят в 1985 году. После 1993 года некоторые свои фильмы Лех снимал в Польше.

С 1993 года Лех Маевский стал заниматься постановками спектаклей. Также он занимался постановкой уличных спектаклей и перфомансами. В семидесятых годах двадцатого столетия Лех Маевский публиковал литературные тексты, издавал сборники поэзии («Басни из тысячи и одного города», «Поиски рая», «Квартира», «Музей моей нищеты», «Святой Себастьян») и несколько романов («Каштаная», «Баския: нью-йоркская киноповесть», «Ашан Блюз», «Автобус на Голгофу», «Крысы Манхэттена», «Метафизика», «Паломничество к гробу Бриджид Бордо Чудотворицы»», «Гипнотизер»), а также очерки о кино: «Аса Ниси Маса – Магия в „8½” Феллини» и эссе об Америке «Официальный центр мира». На сегодняшний день Лех Маевский проживает в Венеции, он частенько возвращается в Польшу, на свою родину в Силезию. Дает уроки в киношколе Руттера Хауэра в Роттердаме.

Премии

Кинотворчество Леха Маевского, конечно же, было отмечено многими наградами. Режиссера награждали премией «Большой ФеФе» за «Собственный путь в кино» девятого кинофестиваля «Феллиниада» в Варшаве, также он являлся обладателем наград разнообразных других кинофестивалей, в том числе премии за режиссуру фильма «Воячек» Фестиваля польских художественных фильмов в Гдыне (1999), за фильмы «Воячек» и «Ангелюс» был номинирован на получение польской кинопремии «Орел».

На счету Маевского также значительные успехи на театральном поприще. В частности, в Германии его постановка под названием «Черного наездника» был признана «культовой», за нее режиссера наградили премией «Kilianpreis» как лучшего режиссера сезона 1994/95.

Он получил Золотую маску за художественное оформление оперы «Комната косуль», которая была поставлена в Силезском оперном театре в 1993 году.

Характеристика творчества

Однажды, Лех Маевский дал интервью, в котором сказал Ежи Вуйчику, следующее: «Для меня жизнь – это путешествие по разным странам, жанрам искусства, языкам и формам высказывания» («Rzeczpospolita», 10.03.2004).

Безоговорочно, в творчестве Леха Маевского присутствует разнообразие, но, не смотря на это также ему присущи, последовательность и верность юношеским увлечениям. Бывали идеи в творчестве Маевского, которые неоднократно возвращались, принимая самую разную художественную форму в зависимости от того какой жанр, к которому обращается этот всесторонний автор.

В 1977 году, до того, когда появилась дебютная книга Маевского, в журнале под названием «Nowy Wyraz», посвященном молодой литературе, опубликовали его стихотворение «Комната косуль» («Pokój saren»), которое тут же привлекло внимание критики:

В самой дальней комнате

Нашей квартиры

Пасутся косули

Влажные глаза косуль

Растут

Сталкиваясь с мраком

Растет мебель

Каждую ночь

Обгрызаемая тонкими зубами

И все мы обрастаем

Листьями

Наши корни разрывают стены

В данном стихотворении, а также в произведениях всего цикла «Квартира» («Mieszkanie») использовался сюрреалистический поэтический образ, которые вернулся спустя время, в этот раз выраженный языком оперы и кинематографа фильм «Комната косуль» 1997 года.

Когда Лех давал интервью, он часто рассказывал свои воспоминания о детстве и юности. Этот период его жизни оставил незабываемый след в душе художника и через время, это продолжило служить вдохновением для его творчества. Детско-юношеский опыт Леха не являлся типичным для польского ребенка. Его детство прошло в мрачном, индустриальном антураже Верхней Силезии, который, словно во сне, перемежался необыкновенными видами Венеции, куда будущий режиссер «Сада земных наслаждений» приезжал на каникулах к своему родному дяде. Говоря об этом, можно догадаться о происхождении таких ярких образов в стихотворениях, а позднее и в фильмах Леха Маевского, показывающих человека как часть мира природы, часть интегральную и никоим образом не привилегированную, понять, откуда отсылки к произведениям искусства, с которыми режиссер, так или иначе, сталкивался в Венеции.

Как-то режиссер рассказывал в интервью Ярославу Миколаевскому:

«В Венеции вода повсюду. Она несет городу смерть, но и живительную силу. Даже стены выглядят как живой организм. Вода здесь – такая же стихия, как растительность в Рио-де-Жанейро. Я помню заброшенный замок в Рио, который буквально сжирали деревья. Ибо у растений в Рио есть зубы. А в Венеции зубы есть у воды» («Gazeta Wyborcza», 6.03.2004).

Конечно же, детские впечатления стали началом формирования мировоззрение Леха Маевского уже зрелого художника. Начиная с первых стихотворений, заканчивая лентой «Сад земных наслаждений», название которой режиссер позаимствовал у Иеронима Босха.

Маевский описывает произведение Босха так:

«В “Саду земных наслаждений” человек показан в симбиозе с растениями и животными. В центральной части триптиха четко видно странное слияние нагих фигур с окружающим миром» («Rzeczpospolita», 10.03. 2004).

В интернет-интервью Гжегожу Войтовичу режиссер заявил:

«Когда я что-то создаю, я всегда говорю о вещах, с которыми сталкивался сам. (…) Все, что я сделал – мое личное путешествие и мое личное увлечение».

И в самом деле, в его творчестве очень часто находится подтверждение этим словам. Бывает так, что искра этого увлечения тлела в течение долгого времени, дабы внезапно вспыхнуть и дать толчок созданию фильма. Таким вдохновлением могло быть, например, стихотворение Рафала Воячека или, случайно прочитанное в газете сообщение об ограблении века и фото сбежавшего из тюрьмы Рональда Биггса, отдыхающего на пляже Копакабана. А могла быть просто беседа со школьным товарищем, который так и работал шахтером теша себя несбыточными мечтами о лучшей жизни. «Воячек», «Пленник Рио», «Полет елового гуся» – во всх этих фильмах есть доля реальных событий.

В своем творчестве Лех Маевский обращается и к более трагическим темам, к примеру, смерть близкого человека.

«Я осознал, как поверхностно мы относимся к смерти, как мы отталкиваем ее сегодня, когда единственной ценностью является развлечение» (интервью Катажины Беляс, «Gazeta Wyborcza», 12.07.2004).

После того как Лех пережил такую трагедию, ое представил в Катовице выставку-перфоманс под названием «Несчастный случай» (1996). В этой экспозиции Маевский даже использовал личные вещи покойной женщины.

«Я их мумифицировал, – говорил он в этом же интервью, – можно сказать, забинтовал телефон, радио, почтовую открытку, бусы, туфли на высоком каблуке, плащ. Это была дань памяти. И одновременно это была выставка составных частей тела этой женщины. Я поставил два контейнера. Один показывал объем крови, который перекачивается за 24 часа, второй – объем перекачиваемого воздуха. Я показал тело, разложенное на химические элементы именно в таких пропорциях, в каких они содержались в ее плоти. Сколько точно в нем было угля, кальция, железа. Так, как в «Метафизике» и «Саду».

Также поступил главный герой романа «Метафизика» и фильма «Сад земных наслаждений», которые были сняты по его мотивам. Но еще до их появления Лех Маевский снял 18-дневную катовицкую выставку, в результате которой появился фильм о сущности искусства «Несчастный случай». Для большинства публики, в особенности для тех зрителей кто не привык к такому непосредственному обращению с темой смерти, такая жесткая форма художественного высказывания оказалась неприемлемой. А для режиссера эта работа стала важной попыткой стать ближе к великой тайне.

«Тысячи лет, – говорил режиссер в интервью Ежи Вуйчику, – человек пытается познать тайну и описать мир, упорядочить его в соответствии со своими потребностями, но оказывается, что это не так-то просто, ибо даже у простоты есть свои великие тайны. Каждую сторону квадрата можно выразить цифрой 1, диагональ же его неисчислима. Мы знаем, что такое круг, но не в состоянии вычислить число π.» По определению Ежи Вуйчика, «Маевский балансирует между тайной метафоры, символа и конкретикой цифры».

Не смотря на свой возраст и большой опыт, Лех Маевский не устает интересовться главными вопросами, касающимися самой тайны бытия. Он наполняет свои фильмы героями, которые пытаются найти на них ответ. Начиная с помещенного в средневековые реалии фильма «Рыцарь», протагонист которого, подобно искателям святого Грааля, отправляется на поиски потерянной арфы, заканчивая кинолентой «Ангелюс», в котором обычные шахтеры из Силезии и одновременно наивные художники во главе с Теофилем Очепкой объединяются в оккультное сообщество и делают попытки спасти человечество от неминуемой гибели, а также «Садом земных наслаждений».

В некоторых кинолентах Лех Маевский пользуется арсеналом эзотериков, которые те использовали для постижения метафизических тайн. В остальных «Полет елового гуся» и «Евангелие от Гарри» – звучат немного другие мотивы, но и они свидетельствуют об экзистенциальных поисках их создателя. Внимание к этой экзистенциальной боли, без которой нельзя представить себе отчаянных и балансирующих на грани героев Маевского, можно наблюдать в таких фильмах, как «Воячек» или «Баския – Танец со смертью» о жизни легендарного американского граффити-художника (правда, в этом фильме Маевский был не режиссером, а сценаристом и идейным вдохновителем). Герой фильма, Жан-Мишель Баския, на вершине славы под действием наркотиков уходит из жизни в результате самоубийства, не совладав, подобно Воячеку, с жаждой самоуничтожения.

Несомненно, что Лех не только сохранил в памяти образы и события, которые происходили в детстве и юности, но также ему удалось сохранить юношескую чуткость восприятия, от которой «взрослые» авторы, как правило, отказываются как от чего-то зазорного и наивного. Режиссер поднимает вопросы о месте и роли человека в мире, или даже больше – во Вселенной. Лех, бесспорно, принадлежит к узкому обществу людей, которых, как и героев его произведений, манит неразгаданная тайна бытия, и этой таинственностью пронизано все его творчество.

«Самое важное в искусстве и в жизни – тайна. Мы пытаемся свести ее к нулю, мы ее просто-напросто боимся (…) Я же утверждаю, что это неведение – кислород для души», – говорил режиссер Гжегожу Войтовичу, он очень любил повторять эту фразу из раза в раз.

Лех Маевский старается отыскать язык, для того, чтобы выразить эту тайну. И находит его, идя по путям великих мастеров. Один из них это Феллини. В его языке, множество символов и аллюзий к архетипам, которые действуют непосредственно на подсознание зрителя, Лех Маевский назвал «праязыком» и проанализировал в посвященной этому режиссеру книге.

Еще один выдающийся мастер – Войцех Ежи Хас, благодаря которому Лех Маевский обучился азам профессии. Что характерно – Хас также до занятия режиссурой занимался живописью. Маевский унаследовал от мастера не самую популярную среди киношников позицию, что в кино сюжетная линия не является главной, наоборот, за основу нужно брать образ, настроение, поэзию и тайну.  О влиянии известного профессора Лодзинской киношколы Лех Маевский рассказывал в телепрограмме под названием «Пегас» (6.12.2001).

Если уитывать творческое кредо таких мастеров, как Феллини и Хас, не удивительно, что Маевский сторонится коммерции и игнорирует тематику, на которую имеется т. н. «социальный запрос». Манифестацией этой позиции уже в самом начале его карьеры стал фильм «Рыцарь»: создание на рубеже 1979–1980 годов в бурлящей от политических страстей Польше такого фильма о средневековье, граничило с творческим самоубийством.

В «Лексиконе польских художественных фильмов» Гжегож Пеньковский да характеристику этому фильму назвав его «манерным», чистота восприятия которого «замутнена инсценизацией и чрезмерной стилизацией». Аналогичное нелестное мнение о фильме высказывали практически все польские кинокритики. Но именно «Рыцарь», как ни парадоксально, открыл Леху Маевскому путь на Запад. На этот фильм обратил внимание британский критик, после чего пригласил его автора в Англию на фестиваль фильмов со средневековой тематикой. Этот случай стал импульсом для зарубежной карьеры Леха Маевского.

«То, что не получилось в Польше, за границей обернулось успехом. Спектакль “Одиссея”, который я с большим размахом планировал поставить в “Театре Студио” у Юзефа Шайны, должны были играть в том числе на барке на Висле, однако это так и не состоялось. В итоге спектакль шел на Темзе. По чистой случайности варшавские репетиции снял канал BBC. (…) В “Театре Повшехном” мне не удалось поставить “Эдипа” – якобы мои идеи пришлись не по вкусу труппе» («Gazeta Wyborcza», 12.07.2004).

На Западе польский режиссер сумел найти нишу для своего авторского кино. Одним исключением и уступкой именитому кинематографу режиссер считает свой фильм «Пленник Рио», об этом он рассказал в интервью Тадеушу Соболевскому («Kino» № 12/1992).

Но скорее всего, было бы считать, что, сохраняя верность поэтическому и метафизическому кино, Лех полностью лишил себя расположения публики. Такие его фильмы, как «Воячек», «Ангелюс» и «Сад земных наслаждений» пользуются немалым успехом у зрителей.

«Я просто пытаюсь делать такие фильмы, какие мне хочется. (…) Некоторые, например, “Евангелие от Гарри”, вообще не находят своего зрителя, а другие, например, “Воячек”, необычайно популярны во всем мире» (интервью Дагмаре Романовской, «Kino» 5.11.2001).

В 2010 году на экранах появился фильм Леха под названием «Мельница и крест» по мотивам книги искусствоведа Майкла Гибсона «Дорога на Голгофу», посвященной картине Питера Брейгеля «Крестный путь». Картина была не просто иллюстрация книги, она в мельчайших деталях воспроизводит известное полотно, которое просто оживает на глазах зрителей. В фильме снимались такие звезды, как Майкл Йорк и Рутгер Хауэр, а съемочная площадка находилась в родных Катовице, Краковско-Ченстоховская возвышенность и Величка. Польские пейзажи имитируют Фландрию с картины Брейгеля, а благодаря компьютерным технологиям над ними проносятся снятые в Новой Зеландии облака. Работа над фильмом «Мельница и крест» была для режиссера серьезным вызовом, так как в картине находится большое количество спецэффектов, а также 3D-анимации. О секретах съемочных процессов можно узнать, посмотрев документальный фильм Дагмары Джазги «Лех Маевский – мир глазами Брейгеля» (2009), в этом фильме Лех делится своим творческим замыслом.

В одном из своих фильмов Лех ведет диалог с великим шедевром древности. Его «Онирика. Собачье поле» – это вдохновленное «Божественной комедией» Данте повествование о взрослом мужчине, который пытается смириться со смертью своего лучшего друга и любимой девушки. После трагического случая, в котором остался в живых только он один, Адам пользуется любой возможностью, чтобы хотя бы ненадолго заснуть. Он бежит в сонные видения. Они для него являются лекарством для изувеченной катастрофой психики. Только в них Адам может хоть на миг встретиться с ушедшими близкими – папой, девушкой, другом.

Сотканный из снов фильм Леха Маевского – рассказ о поиске смысла в мире, без надежды. Когда «Онирику» увидели на Кинофестивале в Гдыне, критики хвалили художественную составляющую, но обвиняли режиссера в претенциозных диалогах и интеллектуальном киче. Лех в своей картине нарисовал образы, которые были перенасыщены значениями, отсылающие к классикам живописи и философии. Библейские мотивы и аллюзии на труды Хайдеггера становятся тут частью повествования об освоении отчаяния, а среди исторических событий, к которым обращается режиссер, есть, в том числе страшная смоленская трагедия 2010 года.

В 2016 году начались съемки еще одного фильма Леха Маевского, который назывался «Долина богов». Фильм расскажет историю самого богатого человека на земле.

«Я называю этот фильм современной сказкой для взрослых, заявил режиссер в интервью для газеты “Gazeta Wyborcza”. Все началось с хеттской легенды об Улликумми, по которой две горы породили скалу – получеловека, полубога. Легенды, следы которой мы можем найти во многих культурах, например, у индейцев навахо. Но у фильма есть еще один сюжет: история самого богатого человека на земле, для которого деньги стали абстракцией. То есть в каком-то смысле это будет современная версия “Гражданина Кейна”».

Этот фильм будет сниматься в Польше, США и Италии. В международном актерском составе снимаются две кинозвезды и актеры, известные по выдающимся фильмам. Среди них Шарлотта Рэмплинг – британская актриса, номинированная в 2016 году на премию Оскар за роль в драме «45 лет» Эндрю Хэя, Джош Хартнетт (известный в т. ч. по фильму «Перл-Харбор»), Джон Рис-Дэвис («Властелин колец»), Кир Дулли – незабываемый Дэйв Боумен из «Космической одиссеи 2001 года» Стэнли Кубрика, а также Беренис Марло («007: Координаты „Скайфолл“» Сэма Мендеса).

Фильмография

Этюды и короткометражные фильмы:

1976 год «Праздник» («Święto») это документальный этюд, который был снят совместно с Гражиной Кендзелявской по ее сценарию,

1976 год «Дом престарелых» («Dom starców») – документальный этюд,

1975 год «Гранд-отель» («Grand hotel») – документальный этюд,

1975 год «Бисование» («Bisowanie») – художественный этюд,

1998 год «Несчастный случай» («Wypadek») это короткометражный фильм, запись выставки-перформанса.

Художественные фильмы – постановка:

В 1978 году «Благовещение» («Zwiastowanie»), а также сценарий (первой серии двухсерийного фильма «Предвестие тишины» («Zapowiedź ciszy»), вторую серию «Дом» («Dom») снял Кшиштоф Совиньский); производство Польши.
Основной персонаж — это человек в пожилом возрасте, который проживает в деревне, и не может смириться с тем, что на месте его дома собираются построить промышленный комбинат. Поэтому он решил выбирать смерть в своей, разрушаемой бульдозером, избе.

В 1979 году «Рыцарь» («Rycerz»), также сценарий; производство Польши.
Называемая кинопоэмой, стилизованная под средневековые времена история о рыцаре, который отправляется в путь для того чтобы найти потерянную арфу. Арфа должна была стать спасением мира от опасности.

В 1985 году «Полет елового гуся» («Flight of the Spruce Goose»), сценарий Лех Маевский и Крис Бурдза, по мотивам романа Маевского «Каштаная». Исполнительным продюсером был Лех Маевский; производство США. Польские реалии шахтерской Силезии заменили в кинофильме американскими.

«Расстояние между действительностью и иллюзиями везде одно и то же. (…) Это история о несбыточных мечтах», – так описал фильм режиссер в интервью Тадеушу Соболевскому. Основным персонажем является молодой шахтер, он, влюбился в красивую девушку, похитил ее и отвез в Голливуд в тщетной надежде, что там они будут счастливы вместе. В названии фильма есть отсылка к названию известного деревянного самолета, построенного знаменитым конструктором и продюсером Говардом Хьюзом – Хьюз H-4 Геркуле́с, прозванный также «Spruce Goose» («щеголь», «пижон»; дословно «еловый гусь»), он тут является символом силы и мечты.

В 1988 году «Пленник Рио» («Prisoner of Rio»), сценарий совместно с Роналдом Биггсом. Этот фильм, был снят по реальным событиям, история о Ронни Биггса который является знаменитым британским грабителем, который совершил одно из масштабных ограблений в истории («Великое ограбление поезда»). Биггса приговорили к тридцати годам заключения, но он сбежал из тюрьмы и добрался до Бразилии, там, Биггс прославился и наал зарабатывать на своей легенде. В фильме рассказывается о неудачной попытке похищения Биггса британскими спецслужбами.

В 1992 году «Евангелие от Гарри» («Gospel according to Harry»), альтернативное название «Пустынный ланч» («Desert Lunch»), также автор сценария и продюсер; производство Польша, США. Метафорическая картина о том, как все-таки банальна жизнь. В сюрреалистическом пустынном пейзаже живет обычная супружеская пара, там разыгрывается драма, напоминающая распятие Иисуса Христа. «Эти люди сохнут эмоционально и физически. Даже их слова потеряли смысл. Они обмениваются лишь банальными клише» – так режиссер рассказал о свем фильме в интервью Тадеушу Соболевскому.

В 1997 году «Комната косуль» («Pokój saren»). Автобиографическая опера, телевизионный фильм. Автор сценария, либретто и сценографии; совместно с Юзефом Скшеком, соавтором музыки; производство Польши. Папа, мама, сын, обычная семья с ее каждодневными бытовыми хлопотами. Но их жизнь проходит в незаурядном окружении – в квартире, в которой природа (растения и животные) сосуществует с ними на равных условиях.

В 1999 году «Воячек» («Wojaczek»), также автор сценария (совместно с Мачеем Мелецким) и музыки; производство Польши.

Фильм о последнем периоде жизни поэта Рафала Воячека перед его самоубийством. Портрет бунтующего художника на фоне Польши шестидесятых и семидесятых годов. Это стилизованное черно-белое кино с четко выстроенным визуальным рядом, воскрешают реалии того времени и специфический дух поэзии Воячека.

Премии: 1999 году Фестиваль польского художественного кино в Гдыне: награду за режиссерскую работу; фестиваль «Любуское кинолето» в Лагове: бронзовый приз; 2000 – номинация на польскую кинопремию «Орел» в категории «лучший сценарий и работа режиссера» за 1999 год; Тарновская кинопремия – бронзовая статуэтка Лелевиты, главный приз; Фестиваль независимого кино Барселона – «Дон Кихот»; Международный кинофестиваль в Тренчанских Теплицах (Словакия) – «Золотой ключ»; Фестиваль европейского кино «Coroto» – основной приз.

В 2001 году «Ангелюс» («Angelus»), является автором сценария вместе с Брониславом Маем и Иренеушем Сивиньским, Лех Маевский также автор музыки и сценографии; производство Польши.

В фильме описывается польский феномен эта мистическая секта розенкрейцеров, функционировавшая в Силезии в течение тридцати лет вплоть до шестидесятых годов двадцатого столетия. В это секте состояли наивные художники-последователи оккультных практик, которые объединялись под предводительством Теофиля Очепки. Их искусство было насыщено фантастическими образами, которым сами художники приписывали метафизическое значение. В сюжете рассказывается о том, как силезские оккультисты пытаются спасти мир от надвигающейся с Сатурна катастрофой.

«“В Ангелюсе” я показал, что силезские художники-оккультисты, подобно ученикам Босха, тоже хотят описать вселенную: космос, Гитлера, Сталина. И ищут способа искупления грехов, ниспосланных на человечество в XX столетии», – рассказал Лех в интервью Ежи Вуйчику. Необычайно мощная художественная составляющая фильма, объединяет реализм и элементы метафизических видений.

Премии: 2001 года фестиваль «Любуское кинолето» в Лагове, серебряный приз; 2002 год номинация на польскую кинопремию «Орел» в категории лучший сценарий, лучшая режиссерская работа и сценография за 2001 год.

В 2003 году «Сад земных наслаждений» («The Garden of Earthly Delights») по мотивам авторского романа «Метафизика», также автор сценария, сценографии, музыки и сопродюсер; совместное производство Польши, Великобритании, Италии. Эстетская и изобилующая многочисленными культурными аллюзиями лента о любви и смерти, о метафизических исканиях двух героев, из которых одному вскоре предназначено умереть. Клаудия болеет раком. Рассматривая картину Иеронима Босха, она пытается найти подсказки, как обрести рай в земной жизни. Ее любимый Крис, работает морским инженером. Он снимает Клаудию на видео, чтобы запечатлеть последние счастливые мгновения, которые, в ожидании неизбежного конца, они проводят вместе в Венеции. Леху получилось достичь в фильме атмосферы исключительной интимности благодаря тому, что в некоторых сценах актеры по очереди снимают друг друга, кадры получаются непрофессиональные, дрожащие, снятые на обычную цифровую камеру. Режиссер назвал этот прием цифровым неореализмом. Большую естественность удалось достичь, благодаря тому, что героям были даны их настоящие имена.

В 2007 году «Стеклянные губы» («Glass Lips»), другое название «Кровь поэта» («Blood of Poet»). Фильм основывается на видеоинсталляции «Кровь поэта» он представляет собой поэтическую, нелинейную композицию, которая состоит из снов героя, находящегося в психиатрической лечебнице поэта.

В 2010 году «Мельница и крест» («The Mill and the Cross»), также автор сценария, оператор, продюсер. Стремление современного прочтения знаменитой картины Питера Брейгеля «Путь на Голгофу».

В 2013 году «Онирика. Собачье поле» («Onirica.Psie pole»), также автор сценария, сценографии, оператор, звукорежиссер, композитор, продюсер. Жена и друг Адама погибают в страшной аварии. Выжить удается только главному герою. С того времени его постоянно мучили кошмары.

Остальные работы

Лех Маевский также снял кинофильм «Баския – Танец со смертью» («Basquiat – Taniec ze śmiercią»), 1996 год, режиссер Юлиан Шнабель (в интервью с Тадеушем Соболевским в качестве соавтора сценария Маевский упоминал свою супругу Юлию). Он поставил оперы «Король Убю» (1993), «Кармен» (1995) и «Комната косуль» (1996) по собственному сценарию. Поставил такие спектакли, как «Одиссея» (1982), «Черный наездник» (1995), «Сон в летнюю ночь» (1997), «Трехгрошовая опера» (2002), и уличный спектакль-хеппенинг «Трамвай» (в Катовице – 1998, Дюссельдорф – 2002).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *