Польский коник

Польский коник является малоизвестной породой лошадей, они относятся к группе так называемых местных пород. Принадлежность к этой группе объясняется тем, что выведена она в пределах одной страны и за ее границами практически о ней никто не знает. К тому же, внешней красотой эти лошади не обладают. Даже название у польских коников какое-то несерьезно-уменьшительное. А между прочим, порода эта может приоткрыть нам весьма интересные страницы истории. Чтобы понять, в чем уникальность польского коника, нужно перенестись на несколько тысяч лет назад.

Лошадь была одомашнена в 3-4 тысячелетии до нашей эры. Ее прямым предком был дикий конь тарпан, который обитал в степях и лесостепях Евразии. Интересно, что дав начало домашним лошадям, тарпан впоследствии с ними не скрещивался. Объясняется это просто, дикие лошади были пищевыми конкурентами домашних, поэтому там, где их пути пересекались, люди безжалостно убивали тарпанов. Век за веком ареал диких лошадей сокращался, а их кормовые угодья доставались домашнему скоту. В результате такого вытеснения дикий конь уже к восемнадцатому веку практически исчез с лица Земли: немногочисленные лесные тарпаны бегали по опушкам Польши, Пруссии, Литвы, а поредевшие табуны степных тарпанов доживали в степях Украины. В девятнадцатом столетии вид вымер в природе и современные люди даже не имеют понятия, как выглядел предок домашних лошадей.

Впрочем, в восемнадцатых девятнадцатых столетиях отдельные тарпаны время от времени отлавливались людьми, предпринимались попытки приручить диких лошадей, как с хозяйственной целью, так и с целью спасения вида. К сожалению, но все они были безуспешны. Рожденные свободными, тарпаны отличались на редкость буйным нравом и не только не поддавались объездке, но и вообще не выносили неволи. При конюшенном содержании дикие лошади могли прожить пару лет, после чего погибали, несмотря на хороший уход. И все же именно в эти века угасания от тарпанов удавалось получить потомство. Оно было не чистокровным: потомки тарпанов, как правило, были помесями от диких жеребцов и домашних кобыл, преимущественно беспородных, так как богатые коневладельцы считали ниже своего достоинства случать кобылиц с безродными дикарями. Так, к концу девятнадцатого века на востоке Польши была сформирована порода крестьянских лошадей, в жилах которых текла также кровь тарпанов.

Как и все рабочие породы народной селекции, польские коники коренасты, отсюда и их название (в переводе с польского коник — «маленькая лошадка»).  Их высота в холке не превышает 130-140 сантиметров. Но кровь тарпанов дает о себе знать, поэтому во внешности этих животных помимо низкорослости есть немало черт другой дикой лошади. Польские коники при небольшой высоте костисты, имеют широкую и глубокую грудь, округлые бока с выпуклыми ребрами; их масса в среднем составляет 300-400 кг. Череп их заметно крупнее, чем у других домашних лошадей. Тяжелая голова имеет прямой или чуть горбоносый профиль. Глаза выпуклые и выразительные, ноздри способны сильно расширятся, уши маленькие, заостренные и подвижные. Шея с низким выходом, мускулистая, недлинная, холка низкая. Оброслость ног незначительная, но часто подымается высоко (до запястий и скакательных суставов). Копыта хоть и небольшие, но прочные. Хвост низко посажен.

У всех представителей породы одна и та же масть -мышастая. Подобное единообразие не часто встречается в коневодстве. У мышастых лошадей корпус окрашен в равномерно серый цвет с незначительными вариациями оттенка (от зольного до коричневатого), при этом нижняя часть ног и конец морды черные. Грива и хвост черные с редкими вкраплениями белых прядей. У отдельных особей на ногах заметны невыразительные полосы — так называемая зеброидность, что также указывает на примитивность породы.

Такая изменчивость не характерна для домашних лошадей, но часто встречается у диких животных, которым сезонный диморфизм помогает оставаться незаметными практически на любом фоне.

Всех вышеперечисленных черт достаточно, чтобы сказать, что польские коники очень похожи с дикими лошадьми. Но неужели они совсем ничем не отличаются от тарпанов? Все же нужно отметить, что такие отличия есть. Во-первых, у польских коников грива не стоит, в то время как очевидцы описывали тарпанов, как лошадей со стоячей, жесткой и немного курчавой гривой. Во-вторых, характер польских коников отличается уравновешенностью, чего не скажешь об их неукротимых диких предках. Наконец, у отдельных лошадей на ногах могут быть белые отметины, что также рассматривается как неоспоримый признак одомашненности.

Несмотря на эти недостатки, внешнее сходство польских коников с тарпанами дало толчок польским исследователям 1930-х годов. Одному из них, зоотехнику и биологу Тадеушу Ветуляны, пришла в голову гениальная мысль: если люди на протяжении всей истории выводили породы домашнего скота, отсеивая «ненужные» дикие гены и культивируя хозяйственно-полезные качества, то почему бы не попробовать наоборот? Да, хоть и теория эволюции гласит, что ее ход необратим, и в естественных условиях от выпущенных на волю домашних лошадей уже никогда не родятся по-настоящему дикие. Но если законы природы перебороть человеческим трудом! Если попробовать вести селекционный отбор не в направлении большей одомашненности, а в направлении очищения крови от генов домашних лошадей, не получится ли таким способом воскресить то вид, которого уже не существует?

Собрав в Беловежской Пуще стадо из 35 голов, Тадеуш Ветуляны принялся отбирать среди них жеребят, которые больше остальных похожих на тарпанов. Завершить работу ему помешала оккупация Польши гитлеровскими войсками — всех экспериментальных лошадей тогда вывезли в Германию. К счастью, там они попали в руки к талантливым немецким натуралистам — братьям Лутцу и Гейнцу Хек. Они, так же как и польские ученые, интересовались возможностью восстановить вид тарпана.  С польским поголовьем братьям удалось достигнуть фантастических успехов: среди их подопечных начали рождаться жеребята со стоячей гривой — абсолютным признаком дикой лошади! Это дало право братьям именовать подопытное поголовье тарпаноидами, то есть полутарпанами. Казалось, до полного восстановления исчезнувшего вида осталось совсем немного, но в самый неподходящий момент вмешался неумолимый рок. По окончании войны Германии нужно было вернуть награбленные богатства, поэтому экспериментальные лошади поехали на свою родину. К сожалению, в 1952 году Тадеуш Ветуляны скоропостижно скончался, а у его последователей не удалось повторить успех первоначальной селекции. Современные польские коники по-прежнему ходят с висячей гривой и все же, несмотря на эту «недоработку», можно смело заявить: на данный момент это единственная порода в мире, чей фенотип по максимуму приближен к облику дикого коня. И пусть генетики заявляют, что польские коники все же домашние лошади, но увидеть того самого тарпана можно только в них. Где же познакомиться с этой уникальной породой?

Исходя из статистики, основная часть поголовья этой породы по-прежнему находится в Польше. Скромные и неказистые лошадки не смогли увлечь мировых коннозаводчиков, предпочитавших разводить дорогие породы со спортивным лоском. Между этим, польских коников сильно недооценивают. Крестьянское происхождение этих лошадок обуславливает их универсальность. В селах польских коников обычно используют как упряжных лошадей, но они также подходят для туризма и непрофессионального конного спорта. Уравновешенные, неприхотливые, с твердым копытным рогом (а значит, устойчивые к травмам), эти лошадки очень хорошо подходят для длительных прогулок, особенно со стоянками в поле, а натренированные, могут брать и не слишком высокие препятствия. Низкий рост приближает эту породу к высоким пони, поэтому коники хороши для обучения верховой езде детей, а также подростков. В странах с мягкой зимой польских коников можно содержать круглый год в леваде: они не только не простужаются, но на вольном выпасе даже крепчают. Ко всему этому польские коники отличаются завидным долголетием, устойчивостью к паразитам и высокой плодовитостью.

Впрочем, в последнее время порода эта постепенно выходит на международный рынок. За границей польские коники завоевывают себе славу не медалями и рекордами, а именно своей «первозданной дикостью». Сходство с тарпаном заставляет экологов разных стран возвращать этих лошадей в природу, ведь пройдя через период акклиматизации, польские коники могут жить на воле, не нуждаясь в присмотре со стороны людей. А природа, в свою очередь, крайне нуждается в таких, пускай и не совсем чистокровных, «дикарях». Исследования во многих заповедниках показали, что степи, лишенные копытных, деградируют, даже, невзирая на строжайшую охрану. На абсолютно, заповедных участках биоразнообразие, высота и продуктивность травяного покрова ниже, чем на участках с умеренным выпасом. Ради спасения естественных ландшафтов польских коников завозят на охраняемые территории. Дикие стада таких лошадей существуют в Польше, Латвии, Великобритании, Голландии, Франции, Германии, Литве. Кто знает, чем завершится этот процесс, может быть, уже на нашем веку по лугам и степям будут нестись галопом стада настоящих европейских мустангов.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *